Пост обожания Маяковского

ВДОХНОВЕНИЕ

Пост обожания Маяковского

Date July 18, 2015 12:34

Владимир Маяковский потряс весь поэтический мир и оставила весомый след в творчестве Серебряного века. Бунтарская натура Маяковского проявлялась во всем: внешнем виде, манере одеваться, декламировать стихи. Он был нагл, эпатажен и груб, но в то же время очень ранимым человеком.

Маркетиум собрал для вас интересные истории и снимки из жизни поэта.

vmuzike

Когда Маяковский отличился тем, что ввел в употребление свою знаменитую стихотворную «лесенку», коллеги-поэты обвинили его в жульничестве — ведь поэтам тогда платили за количество строк. За счет этого Маяковский получал в 2-3 раза больше за стихи аналогичной «длины».

Политехнический институт, Владимир Маяковский выступает на диспуте о пролетарском интернационализме:

— Среди русских я чувствую себя русским, среди грузин я чувствую себя грузином...

Вопрос из зала:

— А среди дураков?

Ответ:

— А среди дураков я впервые.

staroeradio

Футурист Маяковский был известен грубыми выходками и необычным внешним видом. Как-то раз был такой случай. Он вышел на эстраду читать свои стихи публике. Выходит, засунув руки в карманы штанов, с папиросой, зажатой в углу презрительно искривленного рта. Он читает, то усиливая голос до рева, то лениво бормоча себе под нос; кончив читать, обращается к публике уже с прозаической речью: "Желающие получить в морду благоволят становиться в очередь"».

az.lib

Владимир Маяковский был гением. Поэтом, драматургом, художником, человеком с огромным сердцем и такими же требованиями к миру. А еще он был копирайтером.

Для упаковки печенья «Зебра»:

Было зебре горячо

бегать только в Африке,

а теперь ее печет

Моссельпром на фабрике.

Поглядев на зебру ту,

меньшевик досадует:

не с него ли красоту

сняли полосатую?

progorodsamara

Пушкина я знаю наизусть

В Тифлисе проходил вечер под названием «Лицо литературы СССР». Маяковскому стали задавать различные вопросы:

Вопрос: «Как вы относитесь к Демьяну Бедному?»

Маяковский: «Читаю».

Вопрос: «А к Есенину?» (Прошло около двух месяцев после его смерти).

Маяковский: «Вообще к покойникам я отношусь с предубеждением».

Вопрос: «На чьи деньги вы ездите за границу?»

Маяковский: «На ваши!»

Вопрос: «Часто ли вы заглядываете в Пушкина?»

Маяковский: «Никогда не заглядываю. Пушкина я знаю наизусть».

pokazuha

Маяковский, несомненно, был любимцем толпы

Владимир Гольцшмидт шел рядом с Маяковским и рассуждал вслух о своих успехах:

— Вот я всего месяц в Москве, и меня уже знают. Выступаю — сплошные овации, сотни записок, от барышень нет отбою. Как хотите — слава...

Навстречу в гору поднимался красногвардейский патруль. Маяковский подошел к краю тротуара и обратился к красногвардейцам:

— Доброе утро, товарищи!

Из ряда красногвардейцев ответили дружно и весело:

— Доброе утро, товарищ Маяковский!

Поэт повернулся к «футуристу жизни» и, усмехаясь, сказал:

— Вот она, слава, вот известность... Ну что ж! Кройте, молодой человек.

natkavlad9

Маяковскому с женщинами и везло, и не везло одновременно

Самая трогательная в жизни Владимира Маяковского история произошла в Париже, когда он влюбился в Татьяну Яковлеву.

Между ними не могло быть ничего общего. Русская эмигрантка, точеная и утонченная, воспитанная на Пушкине и Тютчеве, не воспринимала ни слова из рубленых, жестких, рваных стихов модного советского поэта, «ледокола» из Страны Советов.

Она вообще не воспринимала ни одного его слова, — даже в реальной жизни. Яростный, неистовый, идущий напролом, живущий на последнем дыхании, он пугал ее своей безудержной страстью. Ее не трогала его собачья преданность, ее не подкупила его слава. Ее сердце осталось равнодушным. И Маяковский уехал в Москву один.

От этой мгновенно вспыхнувшей и не состоявшейся любви ему осталась тайная печаль, а нам — волшебное стихотворение «Письмо Татьяне Яковлевой» со словами: «Я все равно тебя когда-нибудь возьму – одну или вдвоем с Парижем!»

Ей остались цветы. Или вернее — Цветы. Весь свой гонорар за парижские выступления Владимир Маяковский положил в банк на счет известной парижской цветочной фирмы с единственным условием, чтобы несколько раз в неделю Татьяне Яковлевой приносили букет самых красивых и необычных цветов — гортензий, пармских фиалок, черных тюльпанов, чайных роз, орхидей, астр или хризантем. Парижская фирма с солидным именем четко выполняла указания сумасбродного клиента — и с тех пор, невзирая на погоду и время года, из года в год в двери Татьяны Яковлевой стучались посыльные с букетами фантастической красоты и единственной фразой: «От Маяковского».

Его не стало в тридцатом году — это известие ошеломило ее, как удар неожиданной силы. Она уже привыкла к тому, что он регулярно вторгается в ее жизнь, она уже привыкла знать, что он где-то есть и шлет ей цветы. Они не виделись, но факт существования человека, который так ее любит, влиял на все происходящее с ней: так Луна в той или иной степени влияет на все, живущее на Земле только потому, что постоянно вращается рядом.

Она уже не понимала, как будет жить дальше — без этой безумной любви, растворенной в цветах. Но в распоряжении, оставленном цветочной фирме влюбленным поэтом, не было ни слова о его смерти. И на следующий день на ее пороге возник рассыльный с неизменным букетом и неизменными словами: «От Маяковского».

Говорят, что великая любовь сильнее смерти, но не всякому удается воплотить это утверждение в реальной жизни. Владимиру Маяковскому удалось. Цветы приносили в тридцатом, когда он умер, и в сороковом, когда о нем уже забыли. В годы Второй Мировой, в оккупировавшем немцами Париже она выжила только потому, что продавала на бульваре эти роскошные букеты. Если каждый цветок был словом «люблю», то в течение нескольких лет слова его любви спасали ее от голодной смерти. Потом союзные войска освободили Париж, потом, она вместе со всеми плакала от счастья, когда русские вошли в Берлин — а букеты все несли. Посыльные взрослели на ее глазах, на смену прежним приходили новые, и эти новые уже знали, что становятся частью великой легенды — маленькой, но неотъемлемой. И уже как пароль, который дает им пропуск в вечность, говорили, улыбаясь улыбкой заговорщиков: «От Маяковского».

galactika

На следующий день после смерти поэта в газетах была опубликована его предсмертная записка. Вот отрывок из нее:

«Всем.

В том, что умираю, не вините никого и, пожалуйста, не сплетничайте. Покойник этого ужасно не любил. Мама, сестры и товарищи, простите — это не способ (другим не советую), но у меня выходов нет. Лиля — люби меня. Товарищ правительство, моя семья — это Лиля Брик, мама, сестры и Вероника Витольдовна Полонская. Если ты устроишь им сносную жизнь — спасибо. Начатые стихи отдайте Брикам, они разберутся. Как говорят — инцидент исперчен, любовная лодка разбилась о быт. Я с жизнью в расчете, и ни к чему перечень взаимных болей, бед и обид.

Счастливо оставаться.

Владимир Маяковский».